September 18th, 2019

Шило в жопе

(no subject)

Для ценителей изысканных извращений и выпускников Тимирязевки...



Эту вот женщину я знал когда-то как Петровнина Сергея Викторовича, преподавателя кафедры зоологии РГАУ-МСХА им.К.А. Тимирязева, моего соседа по 9-му учебному корпусу. А теперь, ишь ты...
В мире животных

К прошлому посту...

А ещё, у приснопамятного орнитолога Петровнина в своё время был кружок юных зоологов, состоявший из весьма странных персонажей, способных вызвать у стороннего наблюдателя то же чувство, что бывает при детальном рассмотрении картин великого Босха. Кружок этот собирался вечерами, когда Тимирязевка пустела и из своих логовищ выползали вечерники, почётные профессиональные рукоблуды Лиственничной аллеи, а также Петровнин и его юные падаваны. Впрочем, иногда кружку безумных зоологов не хватало кабинетов, и тогда они, как настоящие индейцы, которым завсегда везде ништяк, рассаживались на корточки в полутёмном круглом предбаннике 9-го учебного корпуса (тимирязевцы, думаю, вспомнят это дивное и бесполезное наследие усадебной архитектуры XIX в.), после чего заводили заунывные глубокомысленные научные диалоги...

- Мы вязали сук с суками, а кобелей с кобелями, но оплодотворения не произошло. Что мы делали не так? - вопрошал Великого Гуру какой-то странный мальчик, краснея и заикаясь от научного восторга.
- Ну... Видимо проблема в качестве спермы... - неторопливо и величественно отвечал ему Петровнин.

И была в том кружке одна чаровница, знойная женщина, практически мечта поэта, юная готесса печального образа, феечка лет 18-19-ти, весом где-то килограммов 120-130, не меньше! Макияж, как у Пьеро после перепоя; кожаная косуха, об которую ломались бы римские пилумы; юбка, облегавшая, словно свежеположенный асфальт Москву, филейную часть бесконечной, как степной горизонт, широты; колготочки, видимо выкроенные из волейбольной сетки; окрашенные в неописуемый словами русского языка цвет волосы; обитые марочной сталью "гриндера", на подошве, толстой, словно железнодорожная шпала. Всё это чудо дополняла куча цепей, значков и прочей неведомой х*йни... Помню, как один раз готесса, пыхтя, как паровоз с пробитым махновской пулей котлом, вихрем ворвалась в незабвенный трамвай 27-го маршрута. На моё несчастье, на её пути оказался я... Ваш покорный слуга успел отскочить в сторонку, и феечка лишь слегка наступила своей миниатюрной псевдоподией на мою ногу, однако я испытал чувство такое, словно бы на меня наехал танк КВ-2 и развернулся пару раз. Горлица пречистая буркнула: "Звините" и побежала занимать свободное двойное сидение (ибо тот дивный афедрон в одно просто бы не влез), оставив меня корчиться у дверей с раздробленной ногой...

Эх, молодость, молодость!