Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

Юродивый

(no subject)

А вершиной ковидобесия является фраза, сказанная одной дамой: "Да фигня этот ваш туберкулёз, ковид - в разы страшнее"! Антон Павлович Чехов, отхаркиваясь кровью, одобрительно качает головой...
Offiziere der Leib-Husaren

Кстати...



Все, увлекающиеся отечественной униформологией, думаю, помнят эту дивную брошюру издательства "Рейтар" "Русская армейская кавалерия, 1907-1914", вышедшую почти четверть века назад. Главным её украшением были чудесные рисунки уважаемого Олега Пархаева. Но мало кто знает, что планировалось и продолжение про гвардейскую кавалерию. И обложка у неё должна была быть такая:

Dominus et Deus

(no subject)

Римские легионеры и сарматские катафрактарии. Рисунок из книги Юста Липсия (Justus Lipsius) "Opera Omnia" (Антверпен, 1610 г.)



P.S. Фигуры, конечно, срисованы с колонны Траяна, но для конца XVI - начала XVII вв. хотя бы римляне изображены очень даже реалистично...

.
Юродивый

Притча о фарисействе...

Жил-был некогда один московский интеллигент. Будучи в "этой стране", в которой невыносимо душно жить, он всегда кидал мусор и бычки на мимо урны, смачно плевал на пол, однако, когда оказывался за границей, то чудесным образом преображался: каждый бычок, банку или обёртку он тащил до урны, даже если вокруг был непроходимый сральник, как в Бухаресте или Риме, а ежели видел, что какой-то русскоговорящий турист не поступал, как он, то либо шёл читать мораль, либо, если понимал, что подобный "сложный диалог" грозил ему тяжкими телесными повреждениями, разрождался трехэтажным матом, проклиная "грязное русское быдло". Когда же один добрый человек как-то раз спросил его, какого хрена он ведёт себя дома как свинья, тот обиженно поджал губки и изрёк, что находится в "цивилизованной стране", с многовековой историей и культурой, а не в засраной Рашке...

.
Юродивый

Вспомнилось что-то...

Итак, начало весны 1997 г., я заканчиваю 11 класс моего славного лицея No9 в городе Орехово-Зуево. Пришло время для традиционного представления старшеклассниками направлений обучения (биохим, гуманитарный, физмат) для малолетних школьников, естественно, в актовом зале, естественно, с перделками и сопелками, естественно, с добровольно-принудительной явкой всех, в том числе мёртвых и смертельно-больных. От биохима на сцену был отряжен я и ещё трое десятиклассников: милая еврейская девочка ботанического вида, но с сиськами 5-го номера, изображавшая науку-биологию, парнишка-татарин, которого назначили быть Чарльзом Дарвином, для чего выдали пиджак и цилиндр, но оставили джинсы, и тощий безбородый юноша, нареченный Менделеевым, которому в помощь дали несколько первоклашек, на которых навешали плакатики с символами элементов таблицы оного Менделеева, в которую они и должны были выстроиться на сцене. Мне же было назначено быть...великим учёным-генетиком Георгом Менделем. Я должен был выйти на сцену и прочитать слегка наркоманский стишок безымянного месточтимого поэта, который помню до сих пор: "Мыслитель давней той эпохи, я ставил опыт на горохе, и на моей волшебной грядке рождались сказки и загадки"! Ок, однако, во что меня нарядить, монаха-генетика?! Классная дама вытащила из лаборантской длиннющий чёрный женский плащ с капюшоном, который, несмотря на мои возражения, напялили на меня.
- Отлично! Капюшон только надень, - сказала класснуха.
- Да, но я так буду похож на смерть...
- Нормально, зато весело, - ответила она.
Я напялил капюшон посильнее, дабы лицо моё было скрыто от грядущего позора, но класссная не унималась:
- Ты же монах! Тебе нужна Библия!
Библии не было, и вместо неё мне дали учебник биологии за 10-11 классы, который я завернул в белую обложку и ехидненько нарисовал на ней толстенный чёрный крест.
- Вот, совсем другое дело, - удовлетворенно сказала классная дама.
И вот, стою я перед выходом на сцену, весь в чёрном, с книгой с крестом и думаю, как же не хватает мне косы, как символа сельского хозяйства и уборки урожая. Детишки-первоклашки, выпучив глазки, смотрят на меня и спрашивают с лёгким хтоническим ужасом:
- Дяденька, а Вы смерть, да?
- Я смерть, изнанка жизни, с той лишь разницей, что убивая - рождают меня, но убив меня - нельзя родить жизнь,
- загробным голосом печально изрёк я.

На сцене же вовсю шло действо. Девушка, соблазнительно вздымая грудь, эротичным голосом рассказала о науке-биологии, Дарвин заунывно пропел намаз об эволюции и птичках с Галапагоссов, элементы таблицы Менделеева, растерявшись, собрались хрен знает во что, а один элемент, совсем засмущавшись, убежал за сцену. И тут выхожу я: весь в чёрном, с лицом, закрытым капюшоном и с книгой с чёрным крестом - просто Великий Инквизитор во плоти! Шуршавший сотнями звуков зал замолкает. Я заунывным голосом читаю свой стишок, и каждое слово гулко раздаётся в стенах притихшего зала... Тишина и молчание... "Всё, пиздец, надо было без этих извращений,"- подумал я. И тут наш директор, М.В.Поспелов, прозванный за неукротимый взрывноц характер Дизелем, начал дико ржать и неистово аплодировать. По его апоплексически-красному лицу от смеха катились слёзы, тучное тело содрагалось, словно он сидел на электрическом стуле. Вслед за ним, хохотом и аплодисментами разразился весь зал.

В итоге, за сие мероприятие мне выдали грамоту активного участника художественной самодеятельности, к которой я никогда не имел никакого отношения! Грамота давно куда-то запропастилась, а воспоминания остались!

.
Доктор биологии

(no subject)

Добрые и заботливые немецкие букинисты завернули посылаемую в страшную и заснеженную Россию книгу в газетку, потом в целлофан с пузырьками, всё засунули в дуракоупорный конверт и отправили. Книга пришла в прекрасном состоянии, вот только вся как бы высококачественная европейская газетная полиграфия чудесным образом отпечаталась на обрезе книги... Дебилы, все-таки, понятие транснациональное!

.
Dominus et Deus

Умели всё-таки в древности проклинать!

Я тебя прокляну великою клятвой,
Наделю тебя долей незабвенной вовеки:
Снедь из канавы будешь ты есть,
Сточные воды будешь ты пить,
В тени под стеною будешь ты жить,
На порогах будешь ты спать,
Голод и жажда сокрушат твои щеки!

Проклятие богини Эрешкигаль шуту Аснамиру из шумеро-аккадо-вавилонской "Поэмы о хождении Иштар в мир мертвых"...

Юродивый

Кстати...

...вся эта история с Серебренниковым, за которого, между прочим, вовсе и не стоит волноваться (или дадут условно, или помилуют, или и вовсе замнут дело), подняла другую проблему - проблему нашей "творческой интеллигенции", которая на полном серьёзе считает себя особой кастой, которая может всё, но которой за это всё ничего не должно быть...

Сия "Творческая интеллигенция" была совсем уж бессовестно избалована властью в последние три десятилетия: на всех этих престарелых фигляров из-за черты оседлости с затхлым запахом местечек, бездарных дам полусвета и слегка неадекватных молодых (и не очень) креативщиков, словно из рога изобилия сыпались награды, звания, их с почётом принимали в Кремле на самом высшем уровне, жали руки, смотрели на них глазами, полными щенячьего восторга, прислушивались к их бессмысленным речам и декларировали скорейшее исполнение всех их желаний. "Творческая интеллигенция", с одной стороны, по-холопски лобзала окормляющую руку, а с другой - постоянно норовила укусить её, да побольнее. Крамольные стишки, пошленькие песенки, поганенькие пасквили и т.д., в которых обильно поливаются интеллигентским говном все и вся, давно стали обыденностью нашей "культурной жизни" и уже даже как-то приелись... При этом, любая, даже самая робкая попытка хоть как-то привести весь этот кагал хоть к какому-ту порядку, постоянно натыкалась на дичайший вопль оной высококультурной черни "с чистыми лицами и хорошими генами": "Не смееееть"!!!

Зачем прикармливание этой толпы творческого охлоса нужно власти, совершенно непонятно... Хуже всего, если власть действительно считает всю эту орду бездарей и шутов столпами "российского искусства и культуры" - с такой клиникой уже не справится даже и консилиум лучших психиатров. Если же власть пытается таким образом добиться элементарной преданности всей этой публики, то занятие сие сколь бессмысленно, столь и бесполезно: с равным успехом можно проводить "программу лояльности" среди пираний в Амазонке, да и считать, что вся эта шушера действительно популярна среди "простого народа", а не в узкой прослойке "российской интеллигенции", а мнение её представителей являет собой некий "императив истины" - совершенно ошибочно и опасно.

Впрочем, не стоит исключать, что во многом всё это заигрывание власти с "творческой интеллигенцией" есть лишь инерционное наследие советской эпохи... Дело в том, что большевики очень быстро поняли значимость любого искусства для популяризации своей идеологии в массах. Кино, театр, проза, поэзия, живопись - всё было поставлено на службу ИДЕЕ. Те из работников сферы искусства, кто был верен и лоялен, купались в лучах славы, а благодарность государства изливалась на них золотым дождём: ордена, звания, премии, жилплощадь в столице и т.д. и т.п. Тех же, кто пытался фрондировать, держать фигу в кармане, ждала суровая кара, ибо кому нужен неверный слуга? Мейерхольд и Мандельштам грустно мотают головами в знак согласия с того света... Со времён "оттепели" к причудам "творческой интеллигенции" стали относиться "помяхче, а на проблему смотреть ширше": маленькая фига в кармане уже как бы и не замечалась. Однако, фига эта изрядно разрослась за несколько десятилетий, и к концу советского периода с треском порвала штаны и выкатилась наружу всеми этими "Интердевочками", "Россией, которую мы потеряли", однотипными литературными и театральными опусами про "жизнь не по лжи", а также "Аншлагами", дешёвыми картавыми одесскими юмористами и прочая, прочая, прочая...